Влияние Москвы на Южном Кавказе резко ослабло после 2022 года. Значительная часть российских военных ресурсов оказалась задействована на украинском фронте, а экономические проблемы внутри страны ограничили возможности Кремля поддерживать прежний уровень военного присутствия в регионе. Это подорвало роль России как ключевого гаранта безопасности для Армении и Азербайджана.
Наиболее наглядно это проявилось в сентябре 2023 года, когда российские миротворцы фактически не вмешались в ситуацию в Нагорном Карабахе, позволив Азербайджану провести военную операцию и быстро установить контроль над территорией. ОДКБ полностью устранилось от вмешательства в конфликт, хотя согласно договора обязана была прийти на помощь Армении.
В течение недели регион покинули более 100 тысяч этнических армян — почти все население. К началу 2024 года Азербайджан установил полный контроль над Карабахом, а российский фактор сдерживания окончательно утратил значение.
На фоне этого вакуума усилилось влияние Запада. Визиты высокопоставленных американских представителей в Баку и Ереван стали символом нового этапа дипломатической активности США. Армения заключила соглашения о крупных инвестициях в энергетический сектор, получила доступ к современным технологиям и впервые — к американским оборонным поставкам. Азербайджан, в свою очередь, оформил стратегическое партнерство с Вашингтоном, включая сотрудничество в сфере безопасности на Каспии.
Параллельно растет вовлеченность Европейского союза. Контакты Баку с европейскими структурами становятся более интенсивными, что отражает стремление Азербайджана диверсифицировать внешнеполитические связи. Улучшились отношения Баку с Парижем на фоне отхода Франции от односторонней помощи Армении.
Одним из ключевых последствий ослабления России стало изменение баланса сил вокруг Лачинского коридора — единственного маршрута, связывавшего Армению с Нагорным Карабахом. Несмотря на формальные обязательства Москвы обеспечивать безопасность дороги, в 2022 году азербайджанские силы фактически установили над ней контроль. После событий 2023 года Россия окончательно уступила эту роль Баку, что подорвало доверие к ее гарантиям безопасности.
Армения и Азербайджан больше не рассматривают Россию как единственного посредника. Баку усиливает союз с Турцией, а Ереван постепенно дистанцируется от Москвы, делая ставку на многовекторную политику и прежде всего США. Армения фактически заморозила участие в Организации Договора о коллективной безопасности и ищет новые форматы сотрудничества с Западом.
Отношения России с Азербайджаном также ухудшились. Дополнительное напряжение вызвали инциденты с участием граждан Азербайджана в России и скандал вокруг крушения самолета Azerbaijan Airlines, в котором подозревается российская система ПВО. На этом фоне Баку ускоряет переход от российского вооружения к турецким и израильским системам.
Турция, в свою очередь, становится главным региональным бенефициаром ослабления России. Военно-политическое сотрудничество Анкары с Баку закреплено союзническими соглашениями, а экономическое и энергетическое влияние Турции на Кавказе продолжает расти.
Одним из центральных проектов нового регионального порядка стал так называемый «Маршрут Трампа за международный мир и процветание» — транспортный коридор, который должен соединить Азербайджан с Нахичеванью через территорию Армении. Стороны договорились передать управление этим маршрутом США на длительный срок. Проект фактически превращает давний предмет спора в инструмент экономической интеграции и одновременно снижает роль России и Ирана.
Для Москвы вопрос участия в обеспечении безопасности этого коридора становится тестом на сохранение влияния. Однако пространство для маневра ограничено: доверие к России в регионе серьезно подорвано.
Иран также воспринимает новые транспортные проекты как угрозу своим интересам, поскольку они могут изменить существующие торговые маршруты и снизить его геополитическое значение. На фоне войны в Иране, Тегеран утрачивает стратегическое значение, что усиливает турецкий фактор.
Параллельно развивается Транскаспийский международный транспортный маршрут — альтернатива путям через Россию, связывающая Китай с Европой. Вместе с энергетическими проектами он превращает Южный Кавказ в важный логистический и энергетический узел, все более независимый от Москвы.
В результате регион стремительно переходит от российской доминации к многополярной системе, где усиливаются роли США, ЕС и Турции. Даже если Россия попытается восстановить позиции после окончания войны в Украине, утраченного доверия может оказаться слишком много, чтобы вернуть прежнее влияние.
