Главной темой предвыборной кампании Никола Пашиняна стала угроза войны. В марте он заявил, что если оппозиция победит, уже в сентябре страну ждёт «разрушительная война», а сами выборы назвал «выбором между миром и вооружённым конфликтом».
Оппонентов спикер парламента Ален Симонян публично окрестил «партией войны» – тех, кто якобы намерен сорвать мирный процесс с Азербайджаном и втянуть Армению в новый конфликт. Уступки по границам и безопасности при этом подаются как единственная альтернатива вооружённому столкновению.
Предвыборная программа «Гражданского договора», опубликованная в начале апреля, выстроена в той же логике: завершение делимитации границ, подписание мирного договора с Азербайджаном, принятие новой Конституции на референдуме.
Конституционная реформа здесь несёт и внутриполитический смысл, поскольку, получив конституционное большинство, правящая партия сможет принимать ключевые решения без необходимости договариваться с оппозицией.
Россия в программе впервые не упоминается как «стратегический союзник», а европейский курс закреплён как приоритет – при оговорке о сохранении членства в ЕАЭС «в той мере, в какой это совместимо».
Апрельская встреча Никола Пашиняна с Владимиром Путиным в Москве вписалась в предвыборную канву
Накануне визита премьер заверял избирателей, что Россия остаётся для Армении «дружественной страной» – сигнал пророссийскому электорату на фоне очевидного европейского разворота в программных документах партии.
Владимир Путин в ответ публично заявил о несовместимости одновременного движения в ЕС и членства в ЕАЭС и выразил пожелание равного допуска всех политических сил к выборам.
Между тем внутри самой партии не всё гладко
Около 30 членов «Гражданского договора» выступают против того, чтобы Пашинян возглавлял список или оставался ключевой фигурой кампании. Это показывает, что усталость от нынешнего руководства есть и внутри правящей партии.
Напомним, что по данным апрельского опроса «MPG/Gallup», безопасность назвали главной проблемой страны почти половина респондентов – с большим отрывом от безработицы и экономики.
Оппозиция остаётся слабой и разобщённой, внятной альтернативы не предлагает, а страх войны в обществе никуда не делся.
Риторика «мир или война» выполняет функцию не столько информирования избирателей, сколько ограничения политической дискуссии: любая критика власти автоматически прочитывается как угроза миру и тем самым выводится за рамки легитимного политического дискурса.
